Сегодня уникальных пользователей: 139
за все время : 2714061
МЫ В СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЯХ:
В мире книг
Софья Бабаян. Императивы, риски и перспективы интернационализации образования

08.10.17.
Статья опубликована: Язык и литература в контексте межкультурной коммуникации. Материалы научной конференции. / МОН Республики Армения, Ванадзорский госуниверситет. – Ванадзор: Издательский дом СИМ, 2016. – С. 246-255.

Ключевые слова: бенчмаркинг, Болонский процесс, Зун-модель, императив, интернационализация, перспективы, риски

Ни один из социальных институтов не претерпевал таких радикальных трансформаций, как система образования. Радикальные реформы начались в конце XX века, когда был констатирован кризис образования во всем мире и на постсоветском пространстве в частности. В многочисленных трудах экспертов и аналитиков было признано, что национальные системы образования далеки от того идеала, который мог бы адекватно отвечать на вызовы и императивы
- глобального мира
- цивилизованной модернизации
- рынка труда с стремительно меняющимися потребностями
Более того, именно пробелами в образовании мотивировался спад экономики в различных сферах. Конечно же, каждая страна прошла свой путь развития, имела свои традиции национальные приоритеты и интересы в области образования, свою специфику. В постсоветских странах кризис в образовании, на наш взгляд, предопределялся резким разрывом между учебной профессиональной деятельностью. Он возник вследствие того, что давно и повсеместно применялась квалифицированная модель обучения. Как известно, этот метод позволяет дать глубокие теоретические знания, определенные навыки и умения, но не дает тех компетенций, которые необходимы выпускнику вуза для быстрой адаптации на рынке труда. Учебная деятельность предполагает набор следующих параметров:
- развитую познавательную мотивацию
- формирование предметных знаний, умений и навыков (поэтому она называется еще ЗУН-моделью
- усвоение статичной учебной информации по множеству дисциплин
- принцип индивидуализации обучения
- пассивную позицию студента, а активность лишь как ответная реакция на управляющее воздействие преподавателя
- применение преимущественно репродуктивных, объяснительно-иллюстративных, информационно-рецептивных методов (преподаватель сообщает, студенты воспринимают, осознают и фиксируют в памяти эту информацию)

Тогда как профессиональная деятельность предполагает:
- помимо предметных знаний владение комплексными компетенциями специалиста: что он знает и в состоянии делать на рабочем месте
- системное применение полученных знаний, умений и навыков в конкретных ситуациях
- активность, креативность, инициативность, способность к анализу и самоанализу, к принятию решений
- способность работать в команде, разделять корпоративную культуру, разрабатывать проекты и управлять ими
- умение управлять информацией, окружающей средой, пространством и временем, воспринимать инновации
- способность адаптироваться к ситуации, воспринимать многообразие культур и традиции
- коммуникабельность, ораторские и лидерские качества, способность к эмпатии и толерантность

Это далеко не полный перечень всех тех параметров, которые позволяют выпускнику быть успешным и конкурентоспособным на рынке труда. Академизм и традиционно авторитарная педагогика постсоветских стран не стимулировали развитие этих качеств, и поэтому разрыв между учебной и профессиональной деятельностью подчас приводил к формированию выпускника с высокими академическими знаниями, но не адаптированного к социальному заказу и потребностям современного рынка труда и запросам работодателей.

Такой неадекватный конечный результат образования (outcome) уже сам по себе сигнализировал, что в системе возникли «шумы» (термин патриарха кибернетики Норберта Винера). Энтропия в системе достигает максимума, и это находит свое отражение в мониторинге экспертов и аналитиков всех стран постсоветского пространства. Достаточно привести цитату из статьи ректора Тверского государственного университета, профессора Белоцерковского: «Слышите ли вы низкий рокот, подрагивание почвы, вибрацию. Система высшего профессионального образования находится под сильнейшим стрессом. Мощная глыба, с богатыми достижениями и традициями в прошлом, очутилась в условиях возрастающей ограниченности всех ресурсов, давления меняющихся внешних условий функционирования и растущего внутреннего напряжения. Как у всякой сложной системы, у нее есть некоторый диапазон эластичности, в пределах которого реагирование на стресс не требует изменений в структуре. Если же стресс выйдет за эти пределы, в системе произойдет структурная перестройка, что может сопровождаться частичными разрушениями и элементами хаоса, затем приспособлением к изменившимся условиям. Судя по всему, наше высшее образование подошло к пределу эластичности, и в его теле начинают возникать трещины».

Во всем мире начала витать идея о необходимости радикальных реформ в системе образования, конечной целью которых было создание единого образовательного пространства для достижения опережающего качества образования. Каждая страна исходила из собственных национальных приоритетов в контексте универсальных модернизационных тенденций и глобализации.
Глобализация – безальтернативная реальность современности.
Цивилизация вышла за пределы отдельных стран и перешла в фазу глобального социального пространства. Это явление многомерно, имеет разные ипостаси и затрагивает все сферы общественной жизни, имея экономическое, политическое, культурное, социальное преломление. Практически ни одна сфера человеческой деятельности не может избежать влияния глобализации в той или иной степени.
Глобальные трансформации коснулись и сферы образования.
Процесс глобализации и интеграция образовательного процесса предопределяется образовательной политикой европейских государств после подписания Маастрихского соглашения в 1993 году, когда Европейский Союз получил официальные полномочия в сфере высшего образования в Европе.
Становление единого европейского образовательного пространства реализовалась через ряд международных проектов: Леонардо да Винчи, Сократес, в рамках которого Комениус (школьное партнерство), ERASMUS (высшее образование), Грунтвиг (образование для взрослых), Лингва (иностранные языки), Минерва (открытое и дистанционное образование), ИКТ в образовании, Наблюдение и инновации, Совместные действия.

С 2003 года по настоящее время действовала программа Эразмус Мундус, целью которой являлось расширение межкультурной коммуникации с третьими странами и повышение качества европейского образования. Действует огромное количество международных правительственных и неправительственных организаций (EUA, IAU, EAIE, ACA, ESIB, DAAD, CONICS и др.), целью которых является стимулирование процесса высшего образования в Европе, мобильности, межкультурной коммуникации, модернизации образовательных систем, социального партнерства между вузами и рынком труда.
Настоящим катализатором и детонатором глобализации и интернационализации стала подписанная в 1999 году Болонская декларация. Армения подписала ее в 2005 году. С момента подписания Болонской декларации началась эпоха радикальных преобразований в национальных системах образования в Европе с целью их интеграции в единое Европейское пространство, а также с целью приблизить образование к рынку труда и подготовить выпускников такого качества, которые будут успешны и конкурентоспособны в единой Европе.

Следует отметить, что в постсоветских странах радикальные реформы образования вызвали неоднозначную реакцию. Споры и дискуссии идут до сих пор. С одной стороны маячат интригующие и привлекательные императивы, как
- гуманизация политики в области образования
- двойные и совместные дипломы
- интерактивные методы обучения, педагогика сотрудничества
- демократизация образования
- опережающее качество
- социальное партнерство с работодателями
- индивидуальная траектория образования (IDP),
- непрерывное образование (Live Long Learning), которое позволяет преодолеть болезненный симптом «функциональной неграмотности» (fun stupidy)
- академическая свобода и социальная ответственность.

С другой стороны, педагогическое сообщество с присущим ему консерватизмом опасается радикальных перемен, приводит аргументы прежней системы, а также боится утратить академические традиции, быть поглощенным в процесс европеизации и интернационализации. Велик страх и по поводу невозвратной интеллектуальной миграции.
Сегодня уже ясно, что Болонский процесс – уже безальтернативная реальность. Болонья – не просто фактор реформирования образования, это политический, экономический, социальный, культурологический фактор. Болонья – это результат борьбы объединенной Европы и США в первую очередь за рынки труда и сбыта. В этой борьбе будет успешен тот, кто обеспечит высокое качество образования и конкурентоспособность выпускника.
В начало 20 века доминировало европейское континентальное образование. Затем победило и заняло ведущие позиции, оказалось более успешным англо-американское профессиональное образование с его ограниченной ролью государства, рыночными стратегиями развития, ориентацией на коммерциализацию результатов научных исследований.
Чтобы уравновесить конкурентные позиции на мировом рынке образовательных услуг, объединенная Европа ввела Болонскую систему, которая создает предпосылки для интернационализации европейских вузов, интреграции науки, образования и предпринимательства (рынка труда), евроинтеграции, консолидации европейской идентичности, унификации и гомогенизации в результате глобализации.
Болонский процесс четко очертил свои целевые ориентиры. Это создание единого образовательного пространства, взаимное признание дипломов и квалификаций, внедрение парадигмы непрерывного образования, повышение уровня мобильности, принятие двухуровневой системы бакалавр-магистра с кредитной системой, введение системы сертификации качества образовательных программ, двойные (double) и совместные (joint) дипломы.

Перечислим и прокомментируем те проблемные зоны, которые, на наш взгляд, осложняют процесс реформирования образования в Армении и ее интеграцию в европейское образовательное пространство:
- коллапс рынка труда, социального заказа, что делает невозможным обеспечить связь между интеллектуальным потенциалом и возможностью трудоустройства,
- низкая информированность не только общественности, работодателей, студентов, но и преподавателей о приоритетах Болонского процесса,
- недостаточная разработанность национальной квалификационной системы (NQF),
- отсутствие традиций и механизмов социального партнерства с работодателями и рынком труда,
- отсутствие традиций и механизмов мониторинга экономической судьбы выпускников, что даст четкую картину инвестиционной привлекательности вуза и образовательных программ,
- перегруженность учебной сетки большим количеством предметов
- недостаточный уровень финансовой поддержки вуза со стороны государства (например, суммарные расходы в год одного студента в России 1.5 тысяч долларов, в США и Канаде – 23-24 тысячи, в Англии и Франции – 11-12 тысяч, в Армении – около 500$).
- отсутствие механизмов взаимоувязки разработки образовательных программ с экономическими и социальными потребностями, т.е. с социальным заказом,
- жесткость учебных планов, тотальный контроль за точное соответствие количества и перечня предметов учебному плану без права студента на индивидуальную траекторию обучения (строгая плановая заданность по гумбольдтовской системе образования, которой традиционно следуют все постсоветские страны),
- затруднительный переход от авторитарной административно-командной к программно-целевой модели управления образованием,
- чрезмерная централизованность и иерархичность вузовского управления, что порождает пассивность, безынициативность, а следовательно, неэффективное использование человеческих ресурсов, отсутствие инновационной и креативной среды,
- традиционное тяготение к менторским формам преподавания,
- старение академического сообщества, перегруженность учебной нагрузки преподавателей, совместительством, дополнительной нагрузкой по Тюнингу учебно-методических документов,
- консерватизм образовательной системы в целом, традиционная настороженность к инновациям и тяготение к привычным методам работы,
- неустоявшаяся терминология, вызванная часто неэффектным переводом европейских дефиниции,
- отсутствие должного сопряжения триады наука – образование – рынок труда.

Это предопределяется еще тем, что сегодня образование, несмотря на декларативную автономию и самоуправляемость, все еще регулируется государством в лице Министерства науки и образования, а рынок труда давно вышел из-под контроля государства. Разросся неформальный (частный) сектор экономики, возросла зависимость экономики от инвестиций со стороны транснациональных корпораций, эрозия трудового законодательства. Все это приводит к дерегуляции рынка труда. Именно поэтому почти невозможно сделать прогностический анализ и выяснить, какие специальности будут востребованы в стране в последующие годы, чтобы образовательные учреждения ввели в учебный процесс новые образовательные программы в соответствии с приоритетными направлениями социального заказа.

Интеграция Армении в европейское образовательное пространство обостряется целым рядом факторов, обобщенных в трудах современных исследователей:
- интенсивным реформированием системы образования, сопровождаемым коммерционализацией образования и ростом конкуренции на рынке образовательных услуг, противоречиями и рассогласованностью методологий высшей и средней школы;
- сменой приоритетных потребностей рынка труда в сторону востребованности у специалиста не столько знаний, умений и навыков, сколько определенных инструментальных, межличностных, системных и профессиональных компетенций, необходимых для успешной и быстрой адаптации на рабочем месте;
- радикальными трансформациями на самом рынке труда, о чем свидетельствуют маркетинговые исследования его современного состояния и прогностический анализ следующего десятилетия, в течение которого прогнозируется востребованность около тысяч новых специальностей;
- интенсивным темпом обновления и трансформации информации, которая становится неактуальной даже в течение одного учебного цикла;
- «меркантилизацией» и «перформативностью» знаний (Ж.-Ф. Лиотар), т.е. утилитарно-прагматическим подходом к ним и оценкой исключительно с точки зрения экономической целесообразности и эффективности;
- конфликтом между новыми социальными потребностями общества и сложившимися организационными структурами системы образования.

Сегодня «образовательный бум» происходит во всем мире. Он отражает потребность
современного общества в профессионально компетентных людях, готовых к освоению новых знаний и технологий, принятию решений в постоянно меняющейся социальной реальности.
Образование – многомерный социальный институт, который обладает важнейшими функциями: трансмиссии, трансляции знаний и культуры, создания человеческого капитала и интеллектуальных ресурсов, формирования профессиональной квалификации, социокультурных инноваций и многих других. Однако на современном этапе образование обрело еще одну, пока латентную функцию социальной стратификации и селекции, что предопределяет индивидуальную мобильность человека, его перемещение в социальном пространстве, воспроизводство и изменение социальной структуры общества.

Впервые на это обратил внимание основоположник русской и американской социологических школ Питирим Сорокин. По его мнению, система образования с его препятствиями и барьерами отделяет будущих «хороших» граждан от «плохих», подходящих для высоких социальных позиций от негодных [2:409-410].
Социальная природа системы образования описана и в концепции воспроизводственной функции образования П. Бурдье. Вопреки устоявшемуся мнению, П.Бурдье считает, что успехи и провалы в образовании связаны не столько с природными способностями, сколько с тем культурным капиталом, временем, ценностями, этносом, которые вкладываются в ребенка его родителями.
Концепция П. Бурдье приближает, но не раскрывает сути современного раскола образования на элитное и массовое. Раскол, который углубляется и набирает силу, и связан он не столько с интеллектуальным и культурным капиталом, вложенным родителями в ребенка, сколько с капиталом финансовым.
В результате образование становится институтом, далеким от демократических ценностей. Фактически функции образования расщепляются на открытые (освоение знаний, социализация и т.д.) и латентную (воспроизводство социального неравенства и социальной стратификации).
Тут уместно вспомнить идею децильного коэффициента: соотношение 10 % самых богатых к 10 % самых бедных. Коэффициент этот в Армении очень высок, т.к. наблюдается резкая имущественная поляризация общества.
Вот и получается, что верхняя «десятка» имущественной пирамиды имеет возможность получать качественное платное образование у нас и за рубежом, образование же широких масс будет консервироваться на весьма низком уровне. И, как следствие, дети из богатых семей, в образование которых вкладываются значительные инвестиции, заведомо «обречены» на доступ к рычагам власти в экономике и политике.
Именно поэтому так важны и ценны международные проекты типа: ERASMUS MUNDUS, перечень которых приведен выше, так как они, помимо других позитивных результатов нейтрализуют финансовую поляризацию общества и создают возможность доступа к качественному образованию талантливых детей малоимущих семей.
Это, пожалуй, один из самых позитивных результатов процесса интернационализации образования, так как идея равного доступа к качественному образованию заложены во всех ключевых документах Новой Стратегии Евросоюза 2020. По сути это реализация одного из важных аспектов демократизации образования, что также объявлено приоритетным направлением новой образовательной стратегии.
Это очень серьезный вызов наших дней, который продиктован коммерциализацией системы образования. Повсеместно рынок образовательных услуг превращается в очень интенсивно растущий сектор экономики. Фактически университеты становятся катализатором развития инновационной экономики. Многие авторы считают этот процесс ключевым фактором интернационализации, определяя сам термин трактуют, как международную торговлю образовательными услугами. Несомненно, что в интернационализации образования заложена коммерческая логика, однако бесспорны и другие очень важные ее параметры: политические, научные, социальные, культурные и академические (улучшение качества образования и академических стандартов). Мы не ставим себе целью анализ всех этих параметров. Отметим только, что в каждом из них можно найти как позитивные, так и негативные последствия (опасность гомогенизации и коммерциализации образовательных программ).

Процитируем лишь аналитиков, посвятивших этим явлениям больше времени и энергии. Анализируя позитивы и риски международного сотрудничества, Дж. Фортуиджн назвал перманентную борьбу баланса между разнообразием и общностью вузов-партнеров «парадоксом разнообразия». По автору, координаторы международных проектов в области образования должны учитывать эти контрастные элементы, потому что, с одной стороны, сохранение академической традиции университета и культуры страны очень привлекательно для партнеров; с другой стороны, важно стандартизировать и гармонизировать этот процесс, чтобы добиться успешного сотрудничества партнеров из разных стран [3, 87].
Трансграничная образовательная мобильность все расширяется и охватывает весь мир. Можно говорить о формировании глобального образовательного пространства. Сегодня страны-лидеры поставляют на мировой рынок не только и не столько артефакты (электронику, станки, товары), сколько необходимые для их производства знания и технологии. Более того, мировое лидерство закрепляется за производством производителей знаний. И это высококачественное, элитное образование, т.е. образование становится экономически значимой и приносящей большой доход отраслью. Так, американцам оно приносит 13 млрд. долларов в год. Мировой доход 100 млрд. долларов в год, что эквивалентно годовому обороту мировых рынков золота, алмазов и ювелирных бриллиантов вместе взятых.
На современном этапе глобализации развернулась стратегическая борьба за совокупный мировой интеллект. При этом экспорт образования все больше рассматривается принимающей стороной как способ подготовки кадров для самих себя (причем, малозатратный). По оценке экспертов, в США 40% специалистов с докторской степенью, а в области информационных технологий и электроники – 57% не являются уроженцами страны.

Обобщая позитивы и риски, вызовы и парадоксы мы однозначно приходим к выводу, что кардинальная перезагрузка образовательной системы, участниками которой мы стали сегодня, является для современной молодежи шансом, дарованным от Бога. И пусть аналитики и эксперты скрупулёзно высчитывают индексы и коэффициенты, суммируют риски и негативы, мы считаем, что синергетическому эффекту, который возникает в результате этой перезагрузки, нет равных.
Будучи представителем небольшого, но дерзкого в своих помыслах и в стремлении к инновациям вуза, я смело могу эксплицировать те позитивные эффекты, которые имеет вуз, активно подключенный к процессам интернационализации.
Для университета это:
- новое качество образования
- возможность презентации своего опыта, механизмов и технологий управления и организации деятельности вуза
- повысить рейтинг в системе аккредитации на региональном и международном уровне
- выход на международный рынок спроса и предложений образовательных услуг
- разработка новых стратегий экспорта образовательных услуг
- расширение круга международных сетей, создание и развитие новых сетевых структур
- разработка и внедрение новых образовательных программ
- double и joint degree
- помогает вписаться в единое Европейское образовательное пространство
- включиться в процессы интернационализации
- обрести новое качество образования и прогрессивный уровень развития
- обмен опытом
- освоение новых методов и технологий преподавания
- расширение научно исследовательской возможности
- расширение исследовательского ареала
- возможность мониторинга другого опыта и бенчмаркинга
- освоение новых институциональных норм
- разработка совместных образовательных программ

Для студентов это возможность
- стать конкурентоспособным на рынке труда
- получить качественно другое образование (инновационное)
- обрести навыки межкультурной коммуникации и поликультурности
- самостоятельно принимать решения и разрешать проблемы
- социокультурная адаптация в новой среде
- модификации и диверсификации жизненных траекторий
- познать новую этнокультуру
- расширить мировоззренческие установки
- усовершенствование языковых навыков
- получить joint и double degree
- организовать мобильность не только лиц, но и образовательных программ через бенчмаркинг, франчайзинг, twining programms.

ЛИТЕРАТУРА
1. Белоцерковский А.В. Образование и бизнес: шаг навстречу // Высшее образование в России, N 12, 2009.
2. Сорокин П.А. Человек. Цивилизация. Общество. Москва, 2000.
3. Де Мартино М. «Глобализация, европеизация и интернационализация в системе высшего образования: пример Италии// Человек. Сообщество. Управление. 2014, №3, с.83-95.
4. Fortuijn J.D. Internationalizing Learning and Teaching: A European experience. Journal of Geography in Higher Education, 26(3), p. 263-273.
5. Сальников Н., Барухин С. Реформирование высшей школы: концепция новой образовательной модели. Высшее образование в России. – 2008 – № 2.
6. Формирование общеевропейского пространства высшего образования. М., 2004.
7. Интернационализация образования и российская молодежь: открытия, обретения, результативность, Москва, 2008.
8. Аветисян П.С. Европеизация образования как инновационный фактор формирования единого образовательного пространства СНГ, Вестник РАУ, Ереван, 2, 2007.
9. Галичин В.А. Международный рынок образовательных услуг: основные характеристики и тенденции развития, Москва, 2015.