Сегодня уникальных пользователей: 264
за все время : 3216204
МЫ В СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЯХ:
В мире книг
ЛЫСАКОВА И. П. К ВОПРОСУ О ПОНЯТИЙНОМ АППАРАТЕ ДИСЦИПЛИН «ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЯ» И «МЕЖКУЛЬТУРНАЯ КОММУНИКАЦИЯ»

На наш взгляд, эта аргументация не вполне убедительна. По нашему мнению, стихийно возникшее противоборство терминов объясняется следующими причинами. На рубеже ХХ и XXI веков лингвистика обогатилась новыми направлениями, которые развились на междисциплинарной основе, базируясь на традиционном дереве общего языкознания. Такой стихийной гибридностью обладает лингвокультурология, в понятийном аппарате которой мы находим родство и с социолингвистикой, и с этнолингвистикой, и с психолингвистикой. Пикантность ситуации заключается в том, что номинация этого направления родилась не на ниве чистой филологии, а в недрах научно до сих пор не признанного предмета «русский язык как иностранный», в той части его содержания, которая около полувека называется лингвострановедением. И вот уже 10 лет идет передел границ и размежевание этих близких родственников (лингвокультурологии и лингвострановедения), что послужило поводом для многих дискуссий и нашло отражение не только в работах по методике преподавания иностранных языков, но и в работах по общему языкознанию (Гак В. Г., Колесов В. В., Степанов Ю. С. и др.).

В работах Е. М. Верещагина и В. Г. Костомарова о концепции рече-поведенческих тактик как о новом пути развития лингвострановедения отмечалось, что новые пути развития лингвострановедения авторы видят как в исчислении рече-поведенческих тактик для каждого национального языка, так и в концепции логоэпистемы (Верещагин Е. М., Костомаров В. Г. 1999, 2000) Этот термин (в переводе с греческого: логос – слово, эпистема – знание), введенный в лингвистику В. Г. Костомаровым и Н. Д. Бурвиковой (Костомаров В. Г., Бурвиковой Н. Д. 2000, 2001), использовался и в книге Е. М. Верещагина и В. Г. Костомарова 1999 года, где рече-поведенческая тактика была названа логоэпистемической единицей, потому что она одновременно принадлежит и культуре, и языку. Концепция логоэпистемы, излагаемая в работе 2000 года, манифестирует логоэпистему как духовный феномен, который объективируется с помощью процедуры исчисления семантических долей. В своей последней книге В. Г. Костомаров и Е. М. Верещагин отказались от понятия логоэпистема и ввели понятие сапиентема, посчитав, что «споры о словах на сути дела не сказываются»19.

Однако логика научного поиска, приведшая отцов-основателей лингвострановедения в 1989 – 1990 годах к выводу о новых путях развития лингвострановедения знаменовала фактическое выделение из комплексной дисциплины «лингвострановедение» двух дисциплин: межкультурной коммуникации, стержнем которой являются речевые действия (рече-поведенческие тактики) и лингвокультурологии, в центре которой находится логоэпистема (сапиентема?)20.

Какое значение имеют эти теоретические суждения для практической методики обучения РКИ и для подготовки нового поколения преподавателей русского языка как иностранного?

Термин лингвокультурология за последние годы не только вошел в понятийный аппарат научного описания взаимоотношений языка и культуры (труды Костомарова В. Г. и Верещагина Е. М., Воробьева В. В., Шаклеина В. М., Масловой В. А., Бурвиковой Н. Д., Карасика В. И., Стернина И. А. и др.), но и занял прочные позиции в теории преподавания русского языка как иностранного. Особенно важно, с нашей точки зрения, то, что к новому направлению подключился отряд молодых ученых, которые в своих диссертационных исследованиях развивают и углубляют содержание нового подхода. Уже заметны контуры московской (ИРЯП, РУДН), воронежской (ВГУ) и петербургских (СпбГУ, РГПУ) школ лингвокультурологических штудий. В РГПУ имени А. И. Герцена с 2000 года функционирует магистерская программа «Лингвокультурологическое образование»21. Деятельностное начало в овладении чужой культурой развивается на основе изучения рече-поведенческих тактик и концептов в сравнении с культурами студентов, изучающих русский язык как иностранный22.

В этой связи позиция А. А. Леонтьева, прозвучавшая год назад на варшавской конференции, очень актуальна: «…дальнейшая оптимизация процесса преподавания любого неродного языка, включая и русский язык как иностранный, невозможна без обращения к новым или не новым, но хорошо забытым данным различных наук – не только лингвистики и методики, но и психологии (причем не только педагогической, но и, например, возрастной, социальной психологии личности, не говоря уже об общей психологии), психолингвистики, социолингвистики, общей педагогики, даже философии. И не только обращения, но и синтеза всех этих данных в новое знание»23.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Верещагин Е. М., Костомаров В. Г. Язык и культура. М., 1990. С. 26. 2. Basic concepts of Intercultural Communication:Selected Readings. Ed. by Milton J. Bennett. 1998; Culture as the Core: Integrating Culture into the Language Curriculum. Ed. by R. Michael Paige, Dale L. Lange & Yelena A. Yershova. 1999. Larry A. Samovar, Richard E. Porter Communication between cultures, 2nd ed. 1995. 3. Гудков Д. Б. Межкультурная коммуникация: проблемы обучения. М., 2000; Тер-Минасова С. Г. Язык и межкультурная коммуникация. М., 2000. 4. Верещагин Е. М., Костомаров В. Г. В поисках новых путей развития лингвострановедения: концепция рече-поведенческих тактик. М., 1999. 5. Стернин И. А. Введение в речевое воздействие. Воронеж, 2001. 6. Швейцер А. Д., Никольский Л. Б. Введение в социолингвистику. М., 1978. С. 66 – 85. 7. Крысин Л. П. Социолингвистические аспекты изучения современного русского языка. М., 1989. 8. Земская Е. А., Крысин Л. П. Московская школа функционаольной социолингвистики. Итоги и перспективы исследований. М., 1998. 9. Hymes D. Models of the interaction of language and social life. In: J. Gamperz and D. Hymes(eds.). Directions in sociolinguistics. New York, 1972. 10. Долинин К. А. Высказывание и ситуация общения // Говорящий и слуающий: языковая личность, текст, проблемы обучения. СПб., 2001. С. 17 – 24. 11. Формановская Н. И. Коммуникативно-прагматические аспекты единиц общения. М., 1998. 12. Ervin-Tripp S. On sociolinguistic rules: alternation and cooccurrence. In: Directions in sociolinguistics, New York. 1972. 13. Швейцер А. Д., Никольский Л. Б. Указ. раб. М., 1978. С. 169 – 176. 14. Там же. С. 177. 15. Леонтьев А. А. Предмет лингводидактики глазами филолога и методиста // Человек. Сознание. Коммуникация. Интернет. Варшава, 2004. С. 16. 16. Там же. С. 17. 17. Там же. С. 17. 18. Верещагин Е. М., Костомаров В. Г. Язык и культура. Три лингвострановедческие концепции: лексического фона, рече-поведенческих тактик и сапиентемы / Под ред. акад. Ю. С. Степанова. М., 2005. С. 37 – 38. 19. Там же. С. 38. 20. Лысакова И. П. Лингвокультурология и межкультурная коммуникация: теоретические и прикладные аспекты новых направлений в методике обучения РКИ. Мир русского слова, 2004. № 3. С. 38 – 42. 21. Программы дисциплин подготовки магистра филологического образования «540303 – Лингвокультурология». СПб., 2004. 22. Русистика и современность. Материалы VII международной научно-практической конференции 17 – 18 сентября 2004 года. Т. 1. Лингвокультурология и межкультурная коммуникация. Т. 2. Диалог культур в обучении русскому языку и русской словесности. СПб., 2005. 23. Человек. Сознание. Коммуникация. Интернет. Варшава, 2004. С. 18.

И. П. ЛЫСАКОВА – д-р филол. наук, профессор, зав. кафедрой межкультурной коммуникации Российского государственного педагогического университета имени А. И. Герцена